Учебные курсы Радикализм в России и современном мире: вопросы типологии
Радикализм в России и современном мире: вопросы типологии Печать E-mail

РАДИКАЛИЗМ В РОССИИ И СОВРЕМЕННОМ МИРЕ: вопросы типологии

Русакова О.Ф.
Екатеринбург: Изд-во УрГСХА, 2001.

В книге рассматриваются вопросы истории и типологии российского радикализма XIX-XX  вв., новейшие формы левого и правого радикализма. Автор предлагает свою, нетрадиционную классификацию, выделяя три основные линии: якобинский, революционно-демократический и либеральный радикализм. В качестве синтетического типа радикализма рассматривается большевизм. При анализе большевизма особое внимание уделяется его различным концептуальным моделям: веховской, сменовеховской, евразийской, меньшевистской, «гибридным». Книга адресована всем, кто интересуется идеологией и историй российского радикализма, проблемами его научного осмысления.

Ответственный редактор:
доктор философских наук, профессор К.Н. Любутин

© Русакова О.Ф., 2001.
© Институт международных связей, 2001.

 



Содержание


Введение

Глава I. Типология радикализма

1. Общая характеристика и классификация политического радикализма

2. Формы левого радикализма 

2.1. Якобинизм
2.2. Анархизм
2.3. Революционный демократизм
2.4. Революционный социал-демократизм
2.5. Движение "новых левых"
2.6. Движение антиглобалистов

3. Формы правого радикализма

3.1. Черносотенство 
3.2. Фашизм
3.3. Апартеид
3.4. Этнонационализм

4. Проблемы типологии российского радикализма


Глава II. Якобинский и революционно-демократический радикализм

1. Пестель - "Молодая Россия" - Ткачев - Нечаев - Ленин

2. Герцен - Чернышевский - "шестидесятники" - Бакунин - Лавров


Глава III. Большевизм: концептуальные модели

1. Предварительные замечания

2. Веховская концепция большевизма

3. Сменовеховская модель большевизма. Возникновение национал-большевизма.

4. Большевизм в зеркале евразийской идеологии

5. Меньшевистская трактовка большевизма

6. "Гибридные" модели большевизма

7. Синтетическая природа большевистского радикализма


Глава IV. Либеральный радикализм: кадетский и современный


Глава V. Неоевразийский радикализм


Заключение



ВВЕДЕНИЕ

…Все мы, русские,
любим по краям и
пропастям блуждать.


Юрий Крижанич

Современное состояние отечественной общественной мысли характеризуется широким спектром идейных течений, вокруг которых консолидируются различные политические силы, движения и блоки, предлагающие свои варианты переустройства России, свои модели её посткоммунистического развития и вхождения в XXI век.

Среди вырабатываемых альтернативных моделей заметное место занимают концепции радикального преобразования общественной жизни страны, коренного изменения её социально-экономического, политического и духовного облика.

Радикальные идеологии имеют глубокие социальные, культурно-политические и интеллектуально-психологические корни. В России течения радикальной мысли нередко определяли характер массового общественного сознания, превращались в мощную политическую силу. Были периоды, когда российское общество почти насквозь инфицировалось "бациллой" радикализма, ею оказывались заражены самые различные социальные слои и даже государственные институты.

Радикализм многолик, его формы и носители разнообразны. Наряду с традиционной политической демаркацией радикализма на левый и правый, можно говорить о радикализме как об особом умонастроении, психологическом состоянии, порождённом социальным дискомфортом, неудовлетворённостью ожиданий, нетерпением и жаждой быстрых перемен.

Кроме того, радикализм можно рассматривать как некую разновидность социокультурной и управленческой коммуникации, характеризуемую жёсткостью, бескомпромиссностью, нонтолерантностью, манипулятивным стилем руководства, беззастенчивым использованием "грязных" технологий.

Носителями радикалистских идей, настроений и социальных стратегий могут быть не только оппозиционные режиму партии, группы, лидеры общественного мнения, но и властвующие элиты, государственные структуры, которые стремятся во что бы то ни стало, любой ценой, не считаясь с социальными издержками, осуществить свои радикально-реформистские проекты. В России в XX веке такую государственно-радикалистскую политику проводили сначала большевики-партократы, а затем, уже на исходе столетия - либерал-реформаторы ельцинской эпохи. Будучи антагонистами в идейно-политическом плане, большевики и либерал-реформаторы совпадали в методологии проведения общественных преобразований, т.е. в радикализме.

Столь удивительная устойчивость радикалистской традиции в России объясняется её глубокой укоренённостью в политической культуре российского общества XIX - XX веков, своеобразием взаимоотношений власти и оппозиции, государства и общества, интеллигенции и народа. Духовный уклад прошлых поколений российских радикалов в той или иной степени наследуется их современными представителями.

Прежних и новых радикалов объединяет страстное желание расчистить дорогу для быстрого экономического, социокультурного и духовного возрождения России, а также неизменно высокий пафос обличения всего, что считается тормозом грядущего обновления страны.

Появление в последнее время в общественно-политическом сознании новых форм радикализма заставляет внести определённые коррективы и дополнения в некоторые прежние представления о российском радикализме в целом, пересмотреть ряд трактовок данного явления, уточнить само понятие "радикализм".

Так, на наш взгляд, большая насыщенность современного либерализма идеями радикальных реформ, приводит к мысли о том, что существовавшее ранее в отечественной политологической литературе жёсткое противопоставление понятий "радикал" и "либерал" не вполне правомерно.

Кроме того, в свете новых знаний по истории российского либерализма, вряд ли можно его рассматривать как течение, направленное лишь на умеренно-постепенное реформирование и не признающее необходимость радикальных социальных изменений.

Современные исследования по истории русского либерализма выделяют в нём особый пласт так называемого нового либерализма, который при ближайшем рассмотрении может быть интерпретирован как особая разновидность российского радикализма.1

Таким образом, традиционная антиномия "радикал - либерал" уже не срабатывает при обращении к новым политическим реалиям и в этой связи требует необходимого пересмотра.

Важным шагом на пути такого переосмысления может стать разработка новой типологии российского радикализма, логическая схема которой вместила бы не только революционные, но и либеральные формы отечественного радикализма.

Новейшие идейно-политические процессы заставляют обратить пристальное внимание на такое крупное "семейство" радикалов, которое обозначается термином "правый радикализм". Категория "правый радикализм", применительно к российским политическим процессам пока ещё не получила фундаментальной научной разработки.

Правый радикализм как культурно-политический феномен, возникнув в России в конце XIX-нач. XX вв. в формах великодержавного национализма и русского фашизма, к концу XX столетия обрел новые синтетические черты, вобрав в себя элементы левого радикализма.

Современные правые радикалы выступают под мировоззренческими знамёнами "Третьего Пути", "Консервативной революции", "Нового порядка", борьбы с "мондиализмом". Их идеологический багаж представляет собой своеобразный синтез антиглобалистских, большевистских, антилиберальных, национал-экстремистских, великодержавных и ультрареволюционных воззрений. Новое поколение правых радикалов весьма близко по своему духовному укладу и к черносотенству, и к национал-социализму, и к большевизму.

У левых и правых радикалов много общего. Их сближают идеи мессианства, тоталитаризма, псевдопатриотизма, противокультурные методы и технологии политический деятельности, манихейское и конфронтационное мировосприятие.

Процессы диффузии правого и левого радикализма в феноменологическом плане приводят к возникновению синтетических форм радикализма. В нашем исследовании мы выдвигаем положение о том, что в идейно-политической истории России XX века можно обнаружить, по крайней мере, три формы радикализма, представляющих своеобразный синтез левой и правой радикальной политики и идеологии, а также - синтез различных линий и традиций собственно российского радикализма. Таковыми, на наш взгляд, являются: 1) большевизм; 2) либерал-монетаризм; 3) неоевразийство.

Заметное расширение спектра радикалистских формообразований, с одной стороны, и методологическая неразбериха в осмыслении сложных и неоднозначных явлений в истории российского радикализма - с другой стороны, существенно актуализируют постановку вопроса о необходимости разработки новой типологии радикализма в России.

В настоящей работе мы предприняли попытку создания типологии такого рода.

Учитывая феноменологическое разнообразие российского радикализма, всю сложность теоретико-методологических задач, связанных с разработкой новой типологии и не претендуя на полный, исчерпывающий анализ, мы решили ограничиться выделением четырех, на наш взгляд, ведущих и сквозных типов российского радикализма - якобинского, революционно-демократического, либерального и национал-большевистского. Особое внимание в нашем исследовании уделяется культурно-политическому анализу большевизма как синтетической форме российского радикализма, поскольку большевизм вобрал в себя черты самых разнообразных форм радикализма.

В своём исследовании мы опирались на идейное наследие многих отечественных авторов XIX-XX вв., изучавших специфику различных течений российской политической мысли. Значительный интерес для нас представляли труды, содержащие идейно-политическую и духовную типологию российской радикальной интеллигенции. К ним относятся прежде всего работы А.И. Герцена, в которых дан блестящий анализ духовных укладов оппозиционных течений в России во второй трети XIX столетия.2 

Следует также упомянуть исследования Н.К. Михайловского3  и Р.В. Иванова-Разумника4, в которых выделены психологические типы русской радикальной интеллигенции.

Большое влияние на нас оказали труды Н.А. Бердяева, С.Л. Франка, С.Н. Булгакова и Г.П. Федотова, в которых дается культурно-исторический и культурно-антропологический анализ различных поколений русской радикальной интеллигенции.5

При анализе большевизма как синтетической формы радикализма мы стремились к реконструкции данного феномена с учётом богатейшего отечественного опыта его концептуального моделирования. Мы посчитали необходимым подробно остановиться на целом ряде теоретических моделей большевизма, благодаря которым стал возможен его всесторонний, многоаспектный анализ, включающий не только политические, но и культурно-исторические, духовно-психологические параметры. Определенную помощь при рассмотрении разнообразных концепций и версий большевизма, существующих в отечественной литературе, нам оказали исследования Н.А. Омельченко6, А.А. Кара-Мурзы и Л.В. Полякова7.

В ходе рассмотрения право-радикальной российской традиции мы опирались на обобщающие работы А.Л. Янова8  и А.А. Френкина9.

Значительный вклад в изучение различных форм российского радикализма внесли зарубежные учёные. В этой связи в ходе исследования нами были использованы теоретические положения и выводы Ф. Баттистрады, А. Безансона, А. Валицкого, А. Глисона, С. Коэна, У. Лакера, Л. Люкса, Р. Пайпса, Ф. Помпера, Б. Рассела, Р. Такера, А. Улама и др.

Мы приносим свою благодарность профессорско-преподавательским коллективам Института переподготовки и повышения квалификации преподавателей гуманитарных и социальных наук при Уральском государственном университете им. А.М. Горького, Забайкальского государственного педагогического университета им. Н.Г. Чернышевского, руководству Института международных связей (Екатеринбург), которые предоставили нам возможность чтения соответствующих спецкурсов, где оттачивалась разработанная нами типология радикализма и проходила свою апробацию методология конструирования синтетической модели большевизма.

 

1 См.: Согрин В. Политическая история современной России 1985-1994. От Горбачева до Ельцина. М.,1994. 2 C.109-132; Русакова О.Ф. Лики российского радикализма. Екатеринбург, 1994; Авцинова Г. Политический радикализм как одна из российских традиций // Власть, 1996. №3 и др.
3 См.: Герцен А.И. О развитии революционных идей в России; Былое и думы // Сочинения в двух томах. M.,1986. T.2.
Михайловский Н.К. Полное собрание сочинений. СПб., 1913. T.10.
Иванов-Разумник Р.В. История русской общественной мысли. СПб.,1907.T.1-2
4 Cм.: Вехи: Сборник статей о русской интеллигенции. Свердловск,1991;
Федотов Г.П. Трагедия интеллигенции // Мыслители русского зарубежья: Бердяев, Федотов. СПб.,1992; Бердяев Н.А. Самопознание: Опыт философской автобиографии. M. 1991;
5 Он же. Истоки и смысл русского коммунизма. M., 1990; и др.
6 См: Омельченко Н.А. В поисках России. Общественно-политическая мысль русского зарубежья о революции 1917 г., большевизме и будущих судьбах российской государственности (историко-политический анализ). СПб., 1996.
7 См.: Кара-Мурза А.А., Поляков Л.В. Русские о большевизме. Опыт аналитической антологии. СПб., 1999.
8 См.: Янов А.Л. Россия против России. Очерки истории русского национализма 1825-1921. Новосибирск, 1999; Он же. Диалог о "веймарской России" // Власть, 1999, №2 и др.
9 См.: Френкин А.А. Правое политическое сознание // Вопросы философии, 2000, №5.

 


 

 







Здесь будет баннер
Международная Академиия Дискурс Исследований, 2009
620144 г. Екатеринбург, ул. 8 Марта, 68 info@madipi.ru
Rambler's Top100 Разработка, создание и техническая поддержка сайта
admin@apin.ru ООО "Агентство Культурной Информации", 2009